среда, 24 мая 2017 г.

Националистические беспорядки в Ташкенте 1969 года: что это было

Дружба народов в СССР была одним из основных идеологических постулатов. Ее воспитывали в людях с детства, о ней писали в газетах и снимали фильмы. И в целом внедрение этой идеи шло достаточно успешно – конфликтов на национальной почве было немного. Однако иногда они все же случались.


Стадион «Пахтакор», 4-12 апреля 1969 года

4 апреля 1969 года на центральном стадионе Ташкента «Пахтакор» состоялся первый матч 31-го футбольного сезона Чемпионата СССР по футболу среди команд Высшей лиги. Играли узбекский «Пахтакор» и минское «Динамо».

Согласно некоторым источникам, противником «Пахтакора» были самарские «Крылья Советов», но в турнирной таблице они находятся в другой подгруппе, а значит, встретиться в первой игре сезона не могли. Игра этих команд состоялась 27 сентября этого же года.

Ташкентцы забили гол, но судья его не засчитал. Тогда на узбекских трибунах появились плакаты националистического содержания, начались словесные перепалки между болельщиками команд. Проигрыш команды хозяев со счетом 0:1 разогрел толпу до предела, и по окончании матча беспорядки вылились на улицы Ташкента.

Начались драки между группами узбекской и русской молодежи, движение по центральному проспекту Навои, находившемуся рядом со стадионом, было перекрыто. Узбеки нападали на русских.

По словам очевидцев, толпы хулиганов с криками "Ур!" («Бей!»), гиканьем и руганью гонялись по улицам города за женщинами, одетыми в европейские платья. Они валили их наземь, разрывали одежду в клочья, оставляя голыми. Когда из общежития строительного техникума кто-то, увидев происходящее, выкрикнул: "Что вы делаете, сволочи!", окна здания забросали камнями. Толпа кричала: "Ур урус!" («Бей русских!»).

Милиция не могла остановить беспредел, у многих свидетелей сложилось впечатление, что блюстители порядка сочувствовали узбекам. Хулиганов старались оттащить от жертв, но этим все и ограничивалось. Беспорядки продолжались несколько дней: 8 апреля после матча между «Пахтакором» и московским «Спартаком», а также 12 апреля 1969 года после встречи с московским же «Торпедо».

Властям все же удалось навести порядок в городе. Для этого пришлось задействовать оперативные силы МВД, спецсредства и военную технику. Были арестованы около тысячи человек.



Почему это произошло?

Численность русского населения в Узбекистане сильно возросла после трагических событий апреля 1966 года, когда со всей страны в Ташкент съехались тысячи людей, чтобы ликвидировать последствия страшного землетрясения. После окончания восстановительных работ большинство вернулось на родину, но многие остались жить в Ташкенте.

Это были не только высококвалифицированные специалисты, такие как строители, учителя, врачи, инженеры, но и обычные работяги, среди которых оказалось немало бывших уголовников. Представители последнего «сословия» стали источником проблем для властей города. Они не бросили свои привычки, количество преступлений росло, а вместе с ним и социальная напряженность.

Примерно с марта 1969 года ситуация стала угрожающей. Многие русскоязычные жители Ташкента чувствовали агрессию узбекской молодежи и отчуждение старшего поколения местных. По почте стали рассылать письма с угрозами расправы и требованиями покинуть Узбекистан, между русской и узбекской молодежью начали происходить драки.

Неудача узбекской команды в футбольном матче стала детонатором в условиях сложившейся напряженности. Есть мнение, что беспорядки были не слишком похожи на спонтанные. Историк Л. Левитин писал: «Согласованность и размах действий участников массовых беспорядков в течение трех дней, бесспорно, превышали уровень спонтанной организованности. Кто же стоял за спиной участников этих событий? Во всех этих случаях милиция, состоявшая в подавляющем большинстве из узбеков, действовала вяло и, по существу, не пресекала противоправные действия. Впоследствии это квалифицировалось как безответственность и трусость, а не как солидарность с действиями толпы, которая, кстати, милиционеров не трогала».

Возможно, действия толпы подогревались противниками президента Республики Шарафа Рашидова. Таким образом узбекская оппозиция пыталась пошатнуть его положение, ведь антирусские настроения могли привести к краху его карьеры. Но прекрасно осведомленный Брежнев не предпринял в отношении руководителя Узбекистана никаких мер.


Чем все закончилось?

В прессе националистический характер беспорядков старательно замалчивался. Для поддержания порядка в Ташкент из Москвы был прислан спецбатальон. Произошла «чистка» рядов местной милиции. Новые кадры были набраны из числа бывших военных и мобилизованных с промышленных предприятий.

События повторились в Ташкенте 27 сентября того же года во время матча между «Пахтакором» и самарскими «Крыльями Советов». Узбеки пришли с плакатами «Русские – вон!», выкрикивали речовки антирусского содержания. По окончании игры толпа радикально настроенной молодежи организовала «коридор», через который пришлось пройти всем, кто был на стадионе.

При этом вооруженные кольями и ножами узбеки избивали славян. Защититься не было возможности. После хулиганы врывались на улицы и в общественный транспорт, искали там русских и избивали их. На подавление беспорядков были брошены силы милиции и военные.

Власти старательно избегали упоминания о национальной неприязни и представили дело как хулиганство на почве спортивных страстей. Но русское население Ташкента протестовало и писало жалобы в Москву с требованиями разобраться. Поэтому в 1974 году из центра в город прибыла комиссия во главе с заместителем генерального прокурора Гусевым.

Следователи выявили оппозиционные Рашидову националистические структуры, нашли их связь с функционерами узбекского ЦК и Президиума. Например, председатель Верховного суда Пулатхаджаев приказывал прекращать дела в отношении задержанных погромщиков. Суд признал его виновным и назначил наказание в виде 10 лет лишения свободы.

Когда следствие вышло на председателя Совета министров Узбекистана Рахманкула Курбанова и председателя Верховного совета республики Ядгар Насретдинову, последняя на заседании ЦК покаялась в содеянном, рассказала о взятках и публичных домах для членов ЦК. В итоге Кремль решил не придавать полученные сведения огласке и ограничился снятием этих фигурантов с постов.