вторник, 2 мая 2017 г.

От объявления войны до Победы: о забытом в СССР военкоре Евгении Халдее


В годы Великой Отечественной войны снимки делали сотни военкоров, но есть две фотографии, которые стали по-настоящему знаковыми, и известны сегодня во всем мире. Первая была сделана 22 июня 1941 года на улице 25-го Октября в Москве, когда жители города с замиранием сердца слушали сообщение Молотова о том, что немецкие войска напали на Советский Союз. Вторая, ознаменовавшая победу, - 2 мая 1945 года на крыше Рейхстага. Между этими снимками - долгий путь от Мурманска до Берлина, десятки штурмов и боев местного значения, в которых принимал участие военкор Евгений Халдей.



Руины Нюрнберга, май 1945 года.



Судьба Евгения Халдея сложилась непросто, но его имя вошло в историю мировой фотографии. В детстве Евгений остался сиротой. Мать погибла в 1918 году во время одного из еврейских погромов, которые прокатились по Юзовке (современный Донецк). Она закрыла своим телом годовалого Женю, и пуля прошла навылет, застряв под ребром годовалого малыша. Это было единственное огнестрельное ранение в жизни Халдея, за все годы, проведенные на фронте, фотокора не задела ни одна шальная пуля. Вместе с матерью был убит и дед Евгения. Родители Евгения были в разводе, поэтому на воспитание мальчика забрала бабушка.



Исход, после 18 июня 1942 года. Фото сделано в Мурманске после бомбежки.





Севастополь, 9 мая 1944 года. Салют в честь освобождения.





Вена, парк у здания парламента, апрель 1945 года. Фашист, не пожелавший сдаться в плен советским войскам, расстрелял семью и покончил с собой.



Еще в юношеские годы Евгений смастерил первый фотоаппарат, пробовал делать снимки. Чтобы хоть как-то прокормиться, после пятого класса устроился работать в паровозное депо. Мальчишка увлеченно фотографировал все, что видел, и вскоре его талантливые работы заметил редактор заводской газеты. Именно он помог Евгению стать корреспондентом, юноша увлеченно работал. Тем более, что он в рассрочку купил камеру «Фотокор-1», и теперь мог вволю экспериментировать.



На улицах разбомбленной Вены, апрель 1945 года.





Евреи, освобожденные из Будапештского гетто. Январь-февраль 1945 года.



Отшлифовывая мастерство, стал участвовать в фотоконкурсах, наладилось сотрудничество с московским агентством «Союзфото» (Евгению на тот момент было всего 15 лет, но многие его фотографии пополнили фототеку «Союзфото»). В 19 лет он уже был принят в Фотохронику ТАСС, впереди его ждали постоянные командировки по всему Советскому Союзу, интереснейшие знакомства и встречи со знаковыми людьми эпохи. В частности, Халдею принадлежат портреты виолончелиста Мстислава Ростроповича и композитора Дмитрия Шостаковича.






Герман Геринг на трибуне. Нюрнбергский процесс, 1946 год.





Снова жизнь! Первые отдыхающие в освобожденном Севастополе, 9 мая 1944 года.



Однако мирная жизнь оборвалась в мгновение после того, как стало известно о начале войны. Фотокором Евгений Халдей прошел всю войну, принимал участие в боях за Севастополь и Керчь, прошагал пол-Европы с освободительной армией, дошел до Берлина. Именно ему принадлежит ставший хрестоматийным снимок «Знамя Победы над Рейхстагом». Автор никогда не скрывал, что фото было постановочным, сделано 2 мая 1945 года. Для этого он по спецзаданию летал в Берлин, прихватив с собой из Москвы три красных знамени. Самодельные флаги были сшиты из красного полотнища за ночь до вылета, для этого Сергей обратился к знакомому портному по имени Моисей.



Вена. Апрель 1945 года. Возвращение беженцев.



Многие из фотографий, сделанные Евгением Халдеем в военные годы, были использованы во время Нюрнбергского процесса. Они стали свидетельствами нацистской жестокости и преступлений против Человечества. Присутствовал Халдей и на Потсдамской конференции, где главы стран "антигитлеровской коалиции» обсуждали, как будет развиваться послевоенная Европа.



Быт советских солдат между боями. Лето 1943 года.





Олень Яша. Заполярье, 1942 год. Кадр смонтирован.





На Мурманском направлении, июль 1941 года.



Несмотря на то, как много сделал Халдей на должности фотокора ТАСС, после окончания войны он был уволен, и на несколько последующих десятилетий его снимки были преданы забвению. О Евгении Халдее заговорят лишь незадолго до его смерти, в 1995 году на крупнейшем фестивале фотожурналистики, который проходил во французском городе Перпиньян. Европа открыла для себя мэтра советской фотографии, ему было присвоено почетное звание "Рыцарь ордена искусств и литературы». 



Летчицы 46-го женского авиаполка. Редкие минуты тишины. На переднем плане Надежда Попова и Ирина Себрова, сентябрь 1943 года.